15.04.2016

Комментарий Департамента информации и печати МИД России по докладу Госдепартамента США о соблюдении соглашений и обязательств в области контроля над вооружениями, нераспространения и разоружения

752-15-04-2016

12 апреля Госдепартамент США опубликовал ежегодный доклад Конгрессу «О соблюдении духа и буквы международных договоров и соглашений в области контроля над вооружениями, нераспространения и разоружения в 2015 году». Как и ранее, в Вашингтоне не ограничились информацией об «образцовом» выполнении собственных договорных обязательств, а выступили в качестве «наставника», считающего себя вправе оценивать «успеваемость» других государств.

Даже беглый анализ доклада показывает, что его вряд ли можно назвать серьезным документом, претендующим на отражение реального положения дел в сфере контроля над вооружениями и нераспространения.

Не утруждая себя доказательствами, Госдепартамент фактически скатился к голословным обвинениям в адрес России. Приведенные в докладе оценки отличаются откровенным субъективизмом, предвзятостью и тенденциозностью. Для них характерна причудливая смесь из домыслов, преувеличений, натяжек, а то и явно ложных посылов и преднамеренных искажений фактов. Цель очевидна – создать у читающего негативный образ России в расчете на то, что мало кто будет детально разбирать приведенные в докладе ничем не обоснованные примеры так называемых «нарушений». Сопоставление «оценок» Госдепартамента с реальным положением дел, к сожалению, наводит на грустные размышления в отношении качества американской «экспертизы».

Третий год подряд в докладе воспроизводятся абсолютно голословные обвинения в адрес России относительно якобы несоблюдения Договора о ликвидации ракет средней и меньшей дальности (ДРСМД). Утверждается, что наша страна производит и испытывает крылатые ракеты наземного базирования с дальностью от 500 до 5500 км, а также пусковые установки для таких ракет. По всем признакам, у американской стороны нет ни объективных данных, ни сколько-нибудь весомой аргументации, способной подкрепить выдвигаемые в наш адрес обвинения. Вашингтон целенаправленно создает негативный информационный фон вокруг ДРСМД, стремясь тем самым дискредитировать Россию.

При этом игнорируются российские озабоченности:

1) США продолжают испытания с использованием ракет-мишеней в интересах ПРО, имеющих характеристики, сходные с баллистическими ракетами средней и меньшей дальности (в процессе таких испытаний, среди прочего, совершенствуются ключевые элементы запрещенных по Договору ракетных систем);

2) США наращивают производство и применение тяжелых ударных БПЛА, со всей очевидностью подпадающих под содержащееся в ДРСМД определение крылатых ракет наземного базирования;

(Следует отметить, что на эти два очевидных нарушения ДРСМД со стороны США мы указываем американским коллегам уже на протяжении полутора десятков лет. Никакой конструктивной реакции до сих пор не дождались).

3) Относительно новым и весьма серьезным нарушением ДРСМД стало развертывание в Европе установок Мк-41, способных запускать крылатые ракеты средней дальности «Томагавк». Такими системами вертикального пуска сегодня оснащается база ПРО в Девеселу (Румыния), на очереди – строительство аналогичного объекта в Польше.

Обращают на себя внимание не прекращающиеся заявления руководства Пентагона о проработке опций военного реагирования вплоть до потенциального развертывания вблизи российских границ запрещенных Договором ракет средней и меньшей дальности. Тем самым обозначается реальная (со стороны Пентагона), а не мнимая (со стороны России) угроза подрыва режима ДРСМД с непредсказуемыми последствиями для Европы и всего мирового сообщества.

Призываем США прекратить голословные инсинуации в адрес России и сосредоточиться на соблюдении собственных обязательств по ДРСМД.

По-прежнему вызывает большую тревогу подход Вашингтона к соблюдению положений Договора о нераспространении ядерного оружия (ДНЯО). США совместно с неядерными союзниками по НАТО продолжают отработку навыков использования ядерного оружия в рамках так называемых «совместных ядерных миссий» (nuclear sharing). Это является грубым нарушением Статей I и II ДНЯО.

Вместо пропагандистских заявлений о приверженности США дальнейшим шагам в области ядерного разоружения было бы целесообразно для начала вернуть всё американское нестратегическое ядерное оружие на национальную территорию (как это сделала Россия еще четверть века назад), ввести запрет на его размещение за пределами национальной территории, ликвидировать всю инфраструктуру, необходимую, чтобы можно было быстро вернуть ядерное оружие США на территории Европы, и, конечно же, полностью отказаться от проведения любых тренировок (учений) по отработке применения ядерного оружия с личным составом вооруженных сил неядерных государств НАТО.

Вызывает серьезную озабоченность, что в рамках беспрецедентной программы модернизации своего ядерного арсенала США планируют разместить в Европе новые ядерные авиабомбы с уменьшенной мощностью, но повышенной точностью. Это очень опасный проект, способный значительно снизить «порог» применения ядерного оружия, когда американские ядерные бомбы в Европе превратились бы в «оружие поля боя». Нельзя забывать, что двадцать пять лет назад Москва и Вашингтон отказались от подобной опции. Сейчас, похоже, США намерены вернуться к прежней безответственной практике балансирования на грани ядерной войны.

На обзорной Конференции 2015 года по ДНЯО США вместе с Великобританией и Канадой заблокировали принятие итогового документа Конференции, тем самым продемонстрировав, что интересы укрепления режима нераспространения ядерного оружия находятся у них далеко не на первом плане. Это особенно печально с учетом того, что США являются государством – депозитарием ДНЯО и, более того, претендуют на роль глобального лидера в области нераспространения.

Явно не соответствует декларируемой Вашингтоном приверженности целям укрепления режима нераспространения ядерного оружия и их непоследовательная позиция в отношении Договора о всеобъемлющем запрещении ядерных испытаний (ДВЗЯИ).

Еще президент Б.Клинтон в середине 1990-х годов объявил ДВЗЯИ «приоритетом № 1» для США. С тех пор было много американских заявлений о намерении ратифицировать ДВЗЯИ и добиваться его скорейшего вступления в силу. Обещал это и президент Б.Обама, однако практических шагов в этом направлении так и не сделано.

В этом году исполняется двадцать лет со дня открытия ДВЗЯИ для подписания. Судьба Договора по-прежнему в руках остающихся вне его рамок восьми государств из Приложения 2, чья ратификация необходима для его вступления в силу.

Безответственная в плане ратификации ДВЗЯИ позиция Вашингтона – главное препятствие на пути превращения этого Договора в действующий международно-правовой инструмент. С оглядкой на Вашингтон ведут себя и другие страны. Именно поэтому перспектив вступления ДВЗЯИ в силу не просматривается.

Не перестает удивлять неблаговидное стремление Госдепартамента оспорить полноту российского объявления по статье III Конвенции о запрещении химического оружия (КЗХО) и тем самым подвергнуть сомнению компетентность и заслуженный авторитет ОЗХО как наиболее эффективной и успешной международной структуры в сфере разоружения и нераспространения ОМУ. Вместе с тем, у ОЗХО в отличие от Вашингтона претензий к России нет.

В свою очередь, хотели бы посоветовать американским коллегам отказаться от «двойных стандартов» в вопросах использования негосударственными субъектами химического оружия в ближневосточном регионе. Вашингтону было бы неплохо самому выполнять обязательства по резолюциям СБ ООН 2118, 2209 и 2235 и поделиться с Советом Безопасности доказательствами преступлений ИГИЛ и других террористических группировок в иракском Курдистане, полученных американскими военными в 2015-16 годах непосредственно с мест применения экстремистами отравляющих веществ.

Исключительно политизированностью и интересами ведения пропагандистской кампании против России можно объяснить содержание раздела, в котором «анализируется» соблюдение Россией Конвенции о запрещении биологического и токсинного оружия (КБТО). Показательно, что в этом году только наша страна была выбрана объектом пустопорожних инсинуаций и измышлений на этот счет. Подобное вполне вписывается в стилистику информационной войны, развязанной против России, когда, что называется, все средства хороши. Очередные попытки очернить Россию призваны увести внимание в сторону от неблаговидной роли, которую США играют в контексте КБТО.

Реальность же такова, что именно США нанесли серьезный урон режиму КБТО, когда в 2001 году единолично сорвали подходившие к завершению длительные многосторонние переговоры по разработке дополнительного Протокола к Конвенции. В соответствии с подготовленным тогда Протоколом соответствующая микробиологическая деятельность государств-участников подлежала бы инспекциям на месте со стороны независимого органа – Технического секретариата. «Пустив под откос» Протокол, США теперь жалуются, что, дескать, нет возможности проверить соблюдение Конвенции. Винить в этом они должны исключительно самих себя, в том числе и за то, что с 2001 года блокируют любые конструктивные попытки наладить предметную работу в рамках КБТО.

На этом фоне особую озабоченность международного сообщества вызывает опасная микробиологическая деятельность Пентагона. Приведем только два наиболее тревожных примера.

Во-первых, многолетняя рассылка Минобороны США живых спор сибирской язвы по всему свету. Причем такая рассылка – не случайность: она осуществлялась 195 раз в 12 государств по всему миру. В результате смертельной опасности заражения оказались подвергнуты не только ничего не ведавшие граждане США, но и население других стран. До сих пор остаются не выясненными до конца масштабы этих нарушений, включая реальное предназначение «производственных объектов» Минобороны США, нарабатывавших споры, а также подлинные цели их отправки за рубеж на американские военные объекты.

Во-вторых, непрекращающееся расширение зарубежной военно-биологической инфраструктуры Минобороны США. Соответствующие объекты появились во многих странах, в последние годы их создают все ближе к российским границам. О «гуманитарной направленности» работы таких микробиологов и врачей в погонах, имеющих дело с возбудителями особо опасных инфекций, говорить не приходится, а о реальном содержании их деятельности можно только догадываться, поскольку она полностью засекречена. Например, для использования в собственных неафишируемых целях Минобороны США построило лабораторию высокого уровня биологической изоляции в поселке Алексеевка возле Тбилиси. Для видимости заявили, что объект передается Грузии, а развернутое там медицинское исследовательское подразделение сухопутных войск США якобы является «арендатором».

Обвиняя развивающиеся страны в отсутствии прогресса в выполнении КБТО на национальном уровне, в т. ч. путем принятия соответствующего законодательства, США сознательно и последовательно сохраняют свои собственные правовые акты, идущие вразрез с их международными обязательствами. Сюда относятся, в частности, оговорка к Женевскому протоколу 1925 года в отношении права использования химического и токсинного оружия в порядке ответа и приказ президента США № 11850, позволяющий вооруженным силам США применять «нелетальное» химическое и токсинное оружие в качестве средства ведения войны. Особенно вопиющим фактом является применение так называемого Патриотического акта 2001 года, по сути разрешающего разработку биологического оружия с согласия правительства США. Этот документ, в его «биологической» части, на наш взгляд, должен быть незамедлительно отменен.

Раздел доклада, посвященный Договору по открытому небу (ДОН), не первый год воспроизводит набор шаблонных обвинений в адрес России в якобы нарушении данного соглашения. На эти претензии мы неоднократно давали исчерпывающие ответы в Консультативной комиссии по открытому небу (ККОН), а также в нашей реакции на аналогичные предыдущие доклады Госдепартамента.

По поводу ограничения Россией использования ее воздушного пространства вновь разъясняем, что сохранение ограничения по высоте на пролеты воздушных судов над московской и чеченской запретными зонами обусловлено требованиями обеспечения безопасности полетов (в связи с отсутствием сплошного радиолокационного контроля на меньших высотах).

Ограничение максимальной дальности полета над Калининградской областью введено в соответствии с положениями ДОН и решением ККОН. Этот порядок обеспечивает такую же эффективность наблюдения, как и при полетах над остальной частью территории Российской Федерации и над территориями сопредельных государств (Польша, Литва, Латвия, Эстония).

Ограничения для полетов ДОН вблизи границ с Абхазией и Южной Осетией введены в соответствии с Договором, предусматривающим, что наблюдательные полеты проводятся не ближе 10 км от границы государства, не являющегося его участником. Независимые государства Абхазия и Южная Осетия не являются сторонами ДОН.

Еще одна американская претензия – отказ от предоставления приоритетного статуса полетов открытого неба. Между тем, в соответствии с Договором наблюдательные полеты имеют приоритет только по отношению к любым регулярным полетам, т. е. полетам регулярных коммерческих рейсов.

В свою очередь хотели бы остановиться и на том, о чем авторы доклада умалчивают, – о нарушениях ДОН со стороны США и их союзников по НАТО.

В течение 12 лет действия Договора США игнорировали его положения о разработке специальных процедур по наблюдению своих островных территорий и владений. Таким образом, долгое время значительная часть территории США оказывалась недоступной для наблюдения, что является грубым нарушением основ Договора. Лишь в конце 2015 года Вашингтон пошел навстречу нашим требованиям.

США практически закрыли свою территорию от наблюдения российскими самолетами Ан-30Б с цифровой аппаратурой, что является нарушением права государств-участников проводить наблюдательные полеты. При этом в Вашингтоне была организована кампания в прессе, в ходе которой раздувался тезис о якобы возникающей угрозе национальной безопасности США в случае проведения полетов российского самолета открытого неба с цифровым комплексом на борту. Хотя, как признается в докладе, именно США были инициаторами «перехода на цифру» в ДОН.

США демонстративно поддержали разрушительное для основ Договора решение Грузии о прекращении выполнения своих обязательств в рамках ДОН по отношению к России, создав тем самым прецедент избирательного выполнения этого многостороннего документа. Кстати, США до сих пор, с 2008 года, не обеспечили, как обещали, погашение задолженности грузинской стороны за их совместный полет над территорией России.

Американская сторона, присвоив себе право судить о действиях других государств, упорно оправдывает нарушения договорных обязательств своими союзниками по НАТО. Так, Вашингтон вместо того, чтобы осудить противоречащее основам ДОН закрытие Турцией от наблюдения значительного региона на юго-востоке страны, цинично заявил, что удовлетворен тем, как Анкара выполняет Договор. Впрочем, политика «двойных стандартов» давно уже стала нормой для американских коллег.

Что касается Договора об обычных вооруженных силах в Европе (ДОВСЕ), то возвращаться к этой теме не имеет смысла. Напомним, что именно США и их союзники по НАТО создали такие обстоятельства, которые подорвали жизнеспособность ДОВСЕ и сделали неизбежным приостановление его действия Россией в 2007 году. С тех пор эрозия и девальвация режима контроля над обычными вооружениями в Европе лишь усилилась.

Более того, США и НАТО взяли курс на «сдерживание» России и изменение баланса сил на европейском континенте в свою пользу путем расширения альянса, продвижения его военной инфраструктуры на восток, а теперь и размещения своих войск в непосредственной близости от российских границ.

Убеждены, что перспективы разработки нового режима контроля над обычными вооружениями в Европе (КОВЕ) на принципах равной и неделимой безопасности, сбалансированности прав и обязательств сторон должны рассматриваться в увязке с отказом натовцев от усиления мер военного «сдерживания» России, восстановления адекватного уровня доверия и нормализации отношений с Российской Федерацией, в том числе в сфере военного сотрудничества.

В последние годы в докладах Госдепартамента регулярно воспроизводятся обвинения в адрес России в «избирательном выполнении» и «недостаточной транспарентности» по Венскому документу 2011 года о мерах укрепления доверия и безопасности. Однако следует констатировать, что ни «необычной и незапланированной» военной деятельности, ни превышения параметров уведомляемой деятельности вооруженных сил так и не было зафиксировано в ходе проведенных на территории Южного военного округа в приграничных с Украиной районах трех инспекций от Украины, Нидерландов и Турции. Попытки Киева обвинить нас в несоблюдении соответствующих положений Венского документа не подкреплялись серьезными аргументами, что и было отмечено в наших ответах украинской стороне.

Кстати, сам Киев ни в 2014, ни в 2015 годах так и не выполнил обязательств по Венскому документу применительно к военной деятельности своих сил в Донбассе. Однако в докладе Госдепартамента об этом ничего не сказано.

В 2015 г. российская сторона в добровольном порядке направила государствам – участникам ОБСЕ, включая США, четыре уведомления с подробным указанием параметров проводившихся внеплановых проверок войск и авиации ряда военных округов. Разумеется, в них учитывались те силы, которые подпадают под положения Венского документа.

В отношении упреков в наш адрес о непредоставлении информации по военным базам Вооруженных Сил Российской Федерации, расположенным на территориях Абхазии и Южной Осетии, отмечаем, что эти суверенные государства не являются участниками ОБСЕ и, соответственно, не входят в зону применения мер укрепления доверия, как она определена Венским документом 2011 года. Американские специалисты, готовившие данный раздел доклада Госдепартамента, безусловно, хорошо об этом осведомлены. Разумеется, знают они и о том, что упомянутая информация предоставляется Россией в соответствии с другим документом ОБСЕ – Глобальным обменом военной информацией. Кстати, так же поступает и союзница США – Турция – применительно к своим войскам на Северном Кипре. Возражений у Вашингтона это не вызывает.

Несколько слов по поводу упоминаемой в докладе США (конечно, с упреком, что мы скрыли данные) российской бронемашины БРМ-1К. По своим техническим характеристикам она не входит ни в одну из категорий боевой техники, по которым должна предоставляться информация по Венскому документу. Показательно, что, не сумев на протяжении многих лет решить этот вопрос в рамках ДОВСЕ, США теперь стремятся «перетащить» его в ВД-2011.

Видимо, не найдя в Венском документе никаких конкретных положений, позволяющих серьезно «зацепить» Россию, составители доклада пытаются безосновательно обвинить нашу страну в нарушении принципа неприменения силы или угрозы силой в отношении Украины. Доказательства не приводятся. При этом они «скромно» умалчивают о многочисленных реальных его нарушениях самими США.

Обращаем внимание, что в Вашингтоне используют платформу Венского документа для решения политических задач. Так, в 2015 г. США в рамках двусторонних договоренностей с Украиной в своих запросах на проведение инспекций на территории Украины намеренно включали территорию Крыма в границы намечаемых для инспектирования районов. Это делалось для того, чтобы создать конфликтную ситуацию и развернуть очередной виток дискуссии в ОБСЕ. Естественно, на такие «заходы» нами был дан полностью выверенный, в том числе с правовой точки зрения, ответ.

В ходе инспекции на территории Болгарии российская инспекционная группа была доставлена к военному городку, в котором размещались подразделения армии США. Наши инспекторы обнаружили несколько десятков танков, бронемашин и гаубиц, большое количество автомобильной, инженерной и другой техники, принадлежащей подразделениям американской морской пехоты, о которых не было заявлено в ходе брифинга. В ходе инспектирования военного городка инспекционной группе было запрещено выходить из автомобиля. Подобная ситуация произошла также при инспектировании подразделения армии США, расположенного в Испании. То есть факты ненадлежащего выполнения Вашингтоном Венского документа носят далеко не единичный характер.

Наш обзор доклада Госдепартамента приводит к неутешительным выводам. Вместо последовательной кропотливой работы в соответствующих форматах с участием всех заинтересованных государств по урегулированию имеющихся разногласий, США по-прежнему предпочитают, не затрудняя себя поиском аргументов и фактов, из года в год повторять с некоторыми вариациями политизированные и однобокие оценки выполнения положений договоров и соглашений в сфере контроля над вооружениями другими государствами.

Российская сторона выступает за цивилизованное, предметное и конструктивное обсуждение за столом переговоров проблем, возникающих в связи с осуществлением государствами своих обязательств в области контроля над вооружениями и нераспространения.

Призываем к такой работе и американских коллег.